Началось? Что там по Ирану, Израилю и США

С самого утра 28 февраля 2026 года мы стали свидетелями резкого перехода от многомесячных угроз и дипломатии к полноценной военной эскалации. Израиль официально объявил, что нанес превентивный удар по Ирану, сославшись на угрозу со стороны иранской ядерной и ракетной программ. В заявлениях израильского оборонного ведомства подчеркивается: операция была тщательно спланирована, дата согласована заранее, а цель — нейтрализовать угрозы безопасности. Одновременно с этим американские вооруженные силы начали удары по иранским объектам с воздуха и с моря — что само по себе выводит ситуацию за рамки чисто регионального конфликта между Тегераном и Иерусалимом.

Президент США Дональд Трамп сделал публичное обращение, в котором он сообщил о начале операции против Ирана. Он формулирует это так: 

Трамп прямо признал возможность потерь среди американских военнослужащих и призвал сопротивляющиеся части иранских вооружённых сил сложить оружие, обещая защиту тем, кто это сделает.

С точки зрения дипломатии это довольно резкий разворот: переговоры между США и Ираном шли почти до последнего момента, но не привели к компромиссу по ключевым вопросам — особенно по ограничениям на вооружение и ядерную инфраструктуру. Эти неудачные переговоры, заложили основу для нынешней операции, а заявления Трампа о том, что Иран должен отказаться от ядерного оружия и прекратить поддержку прокси-групп, были подтекстом к более жёстким действиям.

Ответ Ирана был предсказуем: иранские вооружённые силы уже начали реальные удары по территории Израиля, а затем и по позициям и базам американских войск в регионе. Израильские военные официально заявили о запуске баллистических ракет с территории Ирана и об активной работе интегрированной системы ПВО для их перехвата. Сирены тревоги звучат в разных частях страны, и ЦАХАЛ фиксирует угрозы в реальном времени. По сообщениям ряда источников, взрывы фиксировались в районах американских баз в Бахрейне и Катаре, а авиа и противоракетные системы региональных стран активированы для отражения этих атак. Под удар могли попасть объекты, где дислоцированы силы США и их союзников, включая склады, штабные позиции и авиаузлы, что превращает эту фазу конфликта в прямую конфронтацию между Ираном и американской военной инфраструктурой на Ближнем Востоке.

По сути, мы видим кульминацию давно накапливавшегося противостояния — ядерная программа Ирана, его региональные амбиции, позиция Израиля и стратегическая линия Вашингтона на недопущение того, что он сам определяет как «существенную угрозу». В этом плане нынешняя операция — это не просто кратковременные удары, а попытка изменить стратегический баланс сил в регионе. В этих условиях дальнейший ход событий остаётся крайне непредсказуемым, а риск расширения конфликта вовне — реалистичным сценарием, за которым внимательно наблюдают мировые центры принятия решений и рынки, реагирующие незамедлительно на геополитическую турбулентность.